Молния (molnija) wrote,
Молния
molnija

Каменская

Недавно села смотреть сериал «Каменская». В свое время я только книги Марининой прочла.
Я в шоке. Оказалось, сериал и книги звучат в абсолютно разных тональностях. Героиня в текстах, по большому счету, черствый сухарь и периодически на эту тему угрызается. На планерке у начальства Каменская постоянно боится, что сделала ошибку. Совершенно непонятно, как она с такими переживаниями еще работать головой может.

А самое сильное отличие – отношение к Насте в книгах и фильмах. В первой же серии героиню оценили по достоинству буквально за десять минут несколько дней. А в книге коллеги ее недолюбливали, считали ее работу ерундовой и делали из нее «барышню на телефоне» несколько лет. Это пишет не фантаст, привыкший жонглировать цифрами, не чувствуя их. Несколько лет у Марининой для меня весомее, чем, скажем, несколько тысяч лет туда-сюда у Силверберга. Не любили Настю. И личный кабинет да возможность работать на месте причины формальные. А что за ними стоит?

Когда я читала книги первый раз, я не задавалась такими вопросами. Мне куда интереснее было читать логические цепочки. Я удивлялась, насколько связаны слова человека, его поведение и его цели и мотивы. Что на самом деле очень сложно скрыть, чего ты хочешь, а вот вычислить – задача, решаемая при некотором усилии. Я в свои пятнадцать лет вокруг куда чаще, чем сейчас, слышала слова и поступки, относящиеся к «потому». Я это сделал, потому что мне так хотелось. Я не думал, что получится вот так. Извините. Или Я это сказала, потому что мне очень хотелось сказать. И вообще, она правда дура! Ну не думала я, что она маме пожалуется! Люди очень редко говорили «затем». Я пошел в класс с углубленным изучением английского затем, чтобы стать переводчиком. Или Я сказала ей, что больше не дам списывать затем, чтобы она наконец стала делать домашки сама. Сериал же перевел фокус внимания с логических цепочек на чувства, показав чуткую, милую, хрупкую женщину. Настю, которой Маринина не писала. Вокруг этой экранной Насти раз за разом возникают мужчины, которые ее защищают и оберегают, временами наступая своим сугубо личным интересам на горло. Самая яркая, пожалуй, сцена с генералом Вакаром, которого Каменская уговаривает дать показания, а он всячески отказывается. Эпизод заканчивается тем, что сначала он рвется ее проводить, просто потому что нехорошо же женщине в позднее время возвращаться одной, а в итоге оставляет ей свою зажигалку. Дарит немного тепла…

А в книгах в Насте видят пешку, а не человека. Это отношение достигает апогея в «Мужских играх», где нет мужского персонажа, чьи отношения с Каменской не вызывали бы ощущения манипуляции. Все ключевые фигуры используют Каменскую как объект. Самодур-новый начальник. Денисов, на пороге смерти заботящийся об интересах Города, а не Насти. Колобок и Заточный вовсе используют Каменскую втемную, не стесняясь при этом нажать на нее, когда она выбивается из комбинации. Вот ключевой диалог из книги. Разговаривает Настя с Заточным. Которому доверяла, насколько могла. Который в свое время сделал ей предложение. Близкий человек.

Заточный:
– … И потом, для меня было очевидно, что чем скорее вы раскусите Мельника, тем быстрее к вам вернется Гордеев, но я не мог вам этого сказать.
– Почему?
Она спросила это, глядя в упор в желтые тигриные глаза Заточного.
– Почему вы не могли сказать мне все с самого начала? Вы использовали меня втемную, как безмозглую куклу, вы двигали меня, как пешку по шахматной доске. Иван Алексеевич, неужели вы до такой степени мне не доверяли?
– Не в этом дело. когда играют в ТАКИЕ игры, речь не идет о доверии. Речь может идти только о целесообразности.
Настя закрыла глаза и откинулась на спинку дивана. Только сейчас она почувствовала, как устали напряженные мышцы спины.
– Что вы со мной сделали... Если бы вы знали, что я пережила за это время... Мне жить не хотелось. Я была вынуждена подозревать собственного отчима, который для меня все равно что отец. Я каждый день жила с этим и не знала, что с этим делать... Если бы я заранее знала, что все дело в Мельнике... Господи, Иван Алексеевич, ну почему, почему вы мне не сказали?
– Так было нужно. Вы были естественны и вели себя правильно. И только поэтому не спугнули Мельника. Вы ведь не актриса, и никто не смог бы поручиться за то, что вы сыграете достоверно. Повторяю вам, это серьезные игры, и поблажки не делаются никому.
– Да, конечно, – пробормотала она, чувствуя облегчение, отвращение и грусть.
– Анастасия, имейте в виду, вам придется еще какое-то время потерпеть своего начальника. Мы еще не готовы к тому, чтобы принимать решительные меры, не все материалы пока собраны. Я вам настоятельно советую уйти в отпуск или лечь в больницу. Вы явно нездоровы, отдых и лечение вам не помешают. А вернетесь, когда все будет кончено.
Генерал еще посидел и ушел.

Конечно. Играть журналистку перед осторожным наемным убийцей Галлом 12 часов Настя может, рискуя своей жизнью. Вписываться в роль переводчицы на выезде при поиске другого убийцы она может влегкую. А вот сыграть по пять минут в куда менее стрессовой ситуации вдруг никак нет. Я думаю, потому что рискует то уже не своей гребаной жизнью, а интересами Заточного и Колобка. Уж лучше она пару месяцев понервничает, падая в обмороки в метро, потому что сосуды такой нагрузки не тянут. Зато натуралистично аж звиздец. Какие благородные и честные люди ее любимый начальник Колобок и ее хороший друг генерал Зарецкий, я прямо слезу от умиления пускаю.

Разумеется. Извиняться за то, что ты втравил в такое дерьмо человека, не надо. Это такие игры. А что Каменская в них не подписывалась участвовать, так это ее проблемы. И вообще, Родина в лице меня, генерала Заточного, сказала "надо", все подорвались и сделали.

Эти добрые люди в книгах окружают Каменскую, медленно сжимая кольцо.

Хм, она еще переживает, что ощущает себя автоматом. Да тут если отдать себе отчет, что к тебе чувствуют окружающие, и какая у тебя на это реакция… Остается только забаррикадироваться от большей части себя. И потом удивляться депрессии через несколько лет.

Тема предательства удивительно часто звучит у Марининой. С предательства она начала серию Каменской, рассказывая, как обманули Филатову. Идея развивается дальше, уже применительно к главной героине. Тема доведена до логического конца - в последних книгах хорошо прописан закономерный финал. На чем книжный сериал и кончился.

Маринина не одна пишет о предательстве женщины. У Поляковой среди довольно легких и даже легкомысленных вещей есть очень мрачная история, как главную героиню предали муж и брат. Игра у них была, по-крупному, на несколько лет. А что девушка ночами плачет от чувства страха и вины - ну, что такое бабские слезы...
Tags: рецензия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 81 comments