Молния (molnija) wrote,
Молния
molnija

фанфик "Договор с тьмой"

Деревенского знахаря они подкараулили поздно вечером. Тьер оглушил его ударом по голове и затащил в хлев. Затем вылил на голову ведро воды.
– Тихо. Закричишь – разговор закончится.
Очнувшийся медикус вытаращил глаза и часто закивал всеми тремя подбородками.
– Узнаешь меня?
– Брюзглый мужчина снова утвердительно затряс жировыми складками.
– Почему ты, гнида, не приехал, когда позвали? Сам же говорил, что роды трудными будут!
Тот зачастил:
– Инквизиция отбирает имущество у тех лекарей, которые лечат отлученных от Церкви. А у меня же дети.
– Ах, дети, – ласково повторил Тьер. – Дом свой жалко? Ну так попрощайся тогда с домом!
Жертва задергалась, но ей засунули в рот кляп и для надежности связали руки и ноги.
– Обустраивайся. Ты в ближайшее время жить будешь здесь, – Тьер похлопал знахаря по мокрому плечу.
Отец и сын уходили по дороге в ночь, а вслед им полыхало зарево пожара.
***
Отец и сын ужинали. Хотя они и зашли достаточно далеко от дороги, костер развели аккуратно, без дыма.
– Остался отец-инквизитор. Его нет ни в нашей деревне, ни в пяти соседних. Что думаешь, сын?
Мальчик сосредоточенно водил ножом по земле.
– Томмау не взял денег у Ольсена, значит, ищет другого – власти или славы. Он молодой, но талантливый. Я думаю, не нужно его больше искать. Сам выплывет через несколько лет, тогда мы и придем за ним.
– Логично, хм, – Тьер перевел взгляд с сына на рисунок, который тот начертил на пепле костра и подавился. У ребенка получилась правильная шестиконечная звезда? заключенная в круг/ По углам стояли символы планет, а в центре рисунка – имя отца-инквизитора. – Что ты такое тут изобразил?!
Эв пожал плечами:
– Мама говорила, что если что-то делаешь руками, пока думаешь, то легче. Она крестиком вышивала.
Тьер хмыкнул:
– Хорошо, что ты не вышиваешь. А то за такие крестики сделают из нас нолики...
Эвенгар залился краской, опустил голову. Тьер перевел поспешно разговор:
– Тогда давай решать, куда мы пойдем. Мы можем вернуться ко мне на родину, в Салладор. А можем отправиться дальше на север, говорят, там сейчас разбогатели, работы всякой хватает.
Сын благодарно подхватил поворот темы:
– А ты куда хочешь податься?
Отец прикусил губу:
– Я очень люблю Салладор. Но, видишь ли, я уехал оттуда не случайно.
– Инквизиция? – вскинулся мальчик.
– Любовь, – смутился мужчина. – Я встретил твою маму. Но... кое-что случилось, и нам пришлось уехать. Там остались твои бабушка с дедушкой, дядья. Я был старшим, отец рассчитывал передать мне книжную лавку, но не срослось.
Мальчик нахмурился:
– А что, дедушка был против, чтобы ты женился на маме? Он был злым королем, как в сказке про принца и бедную девушку?
Отец рассмеялся:
– Определенно, ты такой же романтик, как и я. Нет, это не я, а твоя мама была голубых кровей. И вообще, дело совсем не в статусе. Но давай не будем об этом? Если хочешь, я лучше расскажу про Салладор.
Сын завозился, устраиваясь перед сном:
– А что ты делал в Салладоре, когда был маленьким?
***
На следующий день, незадолго до заката отец и сын подошли к приземистому трактиру «Шмат сала».
– Хватит бродяжничать, сегодня остановимся здесь, – решил Тьер, глядя на вымотавшегося сына.
В трактире было людно – часть посетителей была сезонными рабочими, которые мигрировали с юга на север за заработками. Отец с сыном сели за единственный свободный стол почти в центре зала. Вскоре прямо перед ними выскочил бродяга с гитарой и заиграл на ней ненавязчивую мелодию. Через полчаса игры музыкант со шляпой стал обходить посетителей.
– Вы менестрель? – с интересом спросил Эв, когда бродяга подошел к ним.
Тот рассмеялся, ловя монету от Тьера:
– Вы мне безудержно льстите, молодой человек! Менестрели носят прекрасную одежду, играют на арфах и прославляют прекрасных дам при дворе, а не наяривают песенки в придорожных харчевнях.
– А по-моему, вы настоящий менестрель, – все так же серьезно продолжил Эвенгар. – Просто вам почему-то пришлось теперь выступать здесь.
Музыкант побледнел:
– Я тебя не знаю, мальчик.
– И я вас. Просто лицо у вас... вдохновенное.
– Отпущу бороду, – досадливо дернул себя за вихры менестрель. – Спасибо, что сказал. С меня сказка. Хочешь послушать про некроманта Фауста Моргена?
– Я не знаю такой сказки, – задумался мальчик. – Но вообще-то я ищу опытного человека, который много где побывал и ответит на очень важный вопрос.
– Что ты хочешь узнать? – приосанился музыкант.
– Какой город – самый лучший на свете?
– О, нет! – возмутился подошедший трактирщик. – У меня уже в ушах навязли песенки о гнилых развалинах. Я тебя, забулдыга, звал, чтобы ты мне повеселили публику как следует, а не в города с мальчонкой играл!
На отповедь трактирщика повернулись сидевшие за ближайшим столом каменщики. Их лица не обещали ничего хорошего. Сидевший в центре бородач хмуро пробасил:
– А мы как раз возвращаемся с реставрации собора в Кинте. И хотим послушать балладу про сказку в камне.
Трактирщик пожал плечами и мигом ретировался за прилавок.
– Мальчик, – уже более теплым тоном позвал бородач. – Давай к нам за стол.
Эвенгар покосился на отца, тот кивнул, и они быстро перебрались к каменщикам. Музыкант затянул заказанную балладу о вечном городе Кинте, где камни помнят еще приход богов. Затем спел про тысячецветный Кинт, про вмерзший в лед Эгест и про чудесный город волшебников Ордосс.
Каменщики налегали на кислую капусту со шкварками, увесистая бутыль самогона переходила из рук в руки. Эвенгар цедил клюквенный морс и жадно слушал песни, затем растерянно спросил:
– Так, все-таки, какой город самый лучший?
– Правильный у тебя пацан растет, мужик, – одобрительно засмеялись за столом. Бородач взялся за железную кружку:
– Лучший город там, где тебе хорошо. Моему сыну по душе Ордосс, он учится в Академии на мага, хочет там и осесть. Моя теща, чтобы ей икалось всю ночь, сварлива как базарная торговка в праздник. Неудивительно, что она прожила всю жизнь в Кинте Дальнем. Я, Отто Свансен, родился под северным сиянием, и мой родной город – суровый Эгест. Но ты, ты, я думаю, с жаркого юга.
Эв затаил дыхание. Бородач уверенно продолжил думать вслух:
– Тебе несвойственны речистые обороты и хитрости Востока. Ты не замкнут и угрюм, как родившиеся на Севере. Запад? Хм, они больше думают о своей империи, чем о себе – ты не такой, хотя оттуда твои корни, раз ты так живо интересуешься миром в таком крупном масштабе. Южанин, точно. И горожанин. Ты не теряешься среди незнакомых людей и умеешь их расположить к себе. И от тебя исходит ощущение тайны, за тобой стоит город с тайнами, легендами и проклятьями.
Тьер вздрогнул. Каменщик увлеченно щелкал пальцами:
– Город с характером, который угадывается в высоких шпилях башен, витражах и многочисленных лавках мастеров кружев и стали... Там жизнь бьет ключом днем и ночью, там смешались сотни народов. Для тебя самый прекрасный в мире город – Салладор, я угадал, мой мальчик?
Мальчик сощурил серые глаза:
– Вы правы. Я Эвенгар. Из Салладора.
Бородач радостно развел руками под аплодисменты окружающих.
***

Прода в пятницу
Tags: о сущности инобытия
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic
    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments